Патологические переживания


Патологические переживания

Патологические переживания, убеждения вступают в противоречие с реальностью настоящего и прошлого. Характерной чертой этого этапа становятся сомнения в обоснованности наиболее неприятных и нелепых поступков.

Сохранение целостности образа «Я» и картины субъективной реальности оказывается возможным лишь с помощью компромиссных суждений — «(я) преувеличил», «(мне) показалось», «возможно, (я) в чем-то ошибся» и т. п. Ответственность за эти заблуждения возлагается на внешние обстоятельства и на соматическое, физическое «Я»: «переутомился», «не спал столько ночей», «выпил», «перенес грипп» и т. д.

Теперь больной готов согласиться с врачом, что болезнь имеется, но это не сознание болезни, а лишь уступка, относящаяся прежде всего к соматическому состоянию и сопровождающаяся смутным переживанием «что-то со мною не так». Дозировка нейролептиков антипсихотического действия на этом этапе сохраняется на прежнем уровне либо постепенно, осторожно, под контролем динамики состояния снижается. При замедлении или остановке положительной динамики она может быть даже увеличена.

Следующий этап с психопатологической точки зрения характеризуется деструкцией основной синдромологической структуры.

Продолжается снижение аффективной напряженности и чувственной насыщенности патологических переживаний. На этом фоне происходит значительная редукция и распад основных психопатологических компонентов синдрома. Бредовые структуры упрощаются по своей конструкции, либо распадаются до отдельных фрагментов, либо содержание их концентрически сужается, дезактуализируется [Бовин Р. Я., 1967].

Проявления психического автоматизма редуцируются до уровня переживания несвободы, подчиненности, искусственности. Галлюцинации становятся «тихими», отдаленными.

Содержание их делается индифферентным или сочувственным. По своей структуре они приближаются к функциональным или психическим, иллюзиям и парэйдолиям. Часто они вызывают противодействие со стороны больного, либо, как это описано В. X. Кандинским, субъективно переживаются как произвольно воспроизводимые («я вызываю их сам», «могу их не вызывать»).

Характерным для этого этапа является слияние редуцированных элементов синдрома в единое своеобразное переживание. Оно совмещает в себе черты утративших свою определенность феноменов деперсонализации, автоматизма, галлюцинации, бредовых элементов и навязчивости. Больной говорит, например, что это его мысли, но они какие-то необычные. В чем их необычность — трудно, невозможно сказать: «какие-то не такие». Они как будто звучат, но это не звук и не голос. Не понять, в голове они или со стороны. Как будто кто-то посторонний делает это, но все же это его собственные мысли.

Они неприятны, от них хочется избавиться, с ними больной борется, понимая, что это болезненное состояние.

«Фармако-терапевтические основы реабилитации психически больных»,
под ред. Р.Я.Вовина

Смотрите также: