Эволюционное изменение


Эволюционное изменение

Любое эволюционное изменение приобретается в результате статистических процессов мутагенеза, естественного отбора и генетико-автоматических процессов («дрейфа генов»).

Статистические процессы мутагенеза поставляют лишь первичный материал для эволюционного процесса, статистические процессы естественного отбора и дрейфа генов организовывают этот материал и выводят его на эволюционную арену.

Более того, именно случайные события, происходящие с очень малой вероятностью, играют решающую роль в возникновении новых видов живых существ с новыми свойствами: для победы нового вида в борьбе за существование нужны новые признаки мутационного характера, мутации же происходят нечасто — в среднем 1*10-6 мутаций по одному гену за одно поколение.

Частота же полезных мутаций во много раз меньше. Однако эволюционный процесс был бы невозможен, если бы результаты его не закреплялись в жестких генетических программах организмов.

Примером вероятностно-статистической детерминации (в единстве ее с динамической) является эпидемический процесс.

По своей биолого-экологической сущности эпидемический процесс представляет взаимодействие двух чрезвычайно неоднородных по структуре популяций: возбудителя-паразита и человека-хозяина. Генотипическая и фенотипическая неоднородность взаимодействующих популяций по их биологическим характеристикам определяет как многообразие клинических проявлений инфекций, так и существенно влияет на формы проявления эпидемического процесса.

Вторым источником изменчивости проявлений эпидемического процесса являются постоянные изменения условий природной и социальной среды, в которых осуществляется указанное взаимодействие.

Множественность причин, влияющих на проявления паразитизма возбудителей как в фазе их пребывания в организме хозяина, так и в фазе их перемещения от одного хозяина к другому определяет случайный (стохастический) характер эпидемического процесса. В связи с этим каждая эпидемическая ситуация глубоко индивидуальна и неповторима по характеру и соотношению породивших ее причин и условий, а также причин и условий, определяющих ее последующее развитие.

Хорошо известно, что эпидемические процессы инфекций, обусловленных даже родственными биолого-экологическими группами возбудителей, проявляются по-разному в одних и тех же коллективах, на одних и тех же территориях. Более того, эпидемический процесс одной и той же инфекции в разных условиях развивается и проявляется неодинаково.

При всем многообразии причин и условий, влияющих на проявление эпидемического процесса, их относительная роль в генезе конкретной эпидемической ситуации не равнозначна. И успех вмешательства в эпидемический процесс зависит в первую очередь от того, насколько правильно определены ведущие причины и условия его возникновения и развития.

Именно представление о том, что при всей многопричинности эпидемических явлений в каждом случае можно выделить весьма ограниченный перечень факторов и условий, а нередко и единичные причины, которыми по существу исчерпываются значимые влияния на проявления эпидемического процесса, и лежит в основе современного научного понимания комплексности профилактических и противоэпидемических мероприятий. Раскрытие характера причинноследственных связей, лежащих в основе наблюдаемых проявлений эпидемического процесса, оценка относительной значимости отдельных факторов и выделение среди них ведущих причин и условий развития конкретной эпидемической ситуации и составляют суть диагностической работы эпидемиолога.

В сфере профилактики инфекционной заболеваемости диагностика столь же необходима и занимает такое же место, как и в клинической практике. В клинике своевременный исчерпывающий этиопатогенетический диагноз в значительной мере предопределяет успешность лечения больного.

В профилактике объектная оценка роли в возникновении и распространении инфекций в коллективах отдельных факторов и условий жизни, деятельности людей, факторов окружающей их природной и социальной среды является отправным моментом при назначении необходимых в конкретной эпидемической обстановке профилактических и противоэпидемических мероприятий.


Вот типичный пример динамической детерминации эпидемического процесса при брюшном тифе:

Схема


В данном случае брюшнотифозным возбудителем заражается резистентный к инфекции человек (I), который некоторое время выделяет возбудителя во внешнюю среду (II) и обусловливает заражение восприимчивого человека (III). Последний заболевает, становится длительным носителем (3и+) и через факторы внешней среды (IV) переносит возбудителя на другого восприимчивого человека (V), очищающегося от возбудителя после болезни. Цепь на этом прекращается.

Конечно, даже в рамках динамической детерминации, если бы мы поставили перед собой задачу детально исследовать биохимические механизмы взаимодействия микро и макроорганизма, то обнаружили бы как жесткие (динамические), так и вероятностно-статистические (жидкостно-гуморальные) закономерности, свойственные организму. Но это не входит в задачу эпидемиологического исследования. Это объект инфектологии.

В динамическом законе необходимость прокладывает дорогу как общее в единичном, а в статистическом законе — как единичное во многом. Различие состоит прежде всего в разной роли случайностей. В первом моменте случайное, нетипичное затемняет и модифицирует необходимое. Во втором случае, напротив, только через случайное можно выявить необходимое, и возрастание числа случайностей облегчает обнаружение необходимости.

Следовательно, существуют два не сводимых друг к другу типа законов. Эта несводимость объясняется тем, что свойства всякой системы качественно отличаются от свойств образующих ее компонентов. И все усилия отыскать в элементах некоторые скрытые параметры, которые позволяли бы объяснить свойства и законы системы в целом, совершенно беспочвенны.


«Основные методологические проблемы теории медицины»,
В.П.Петленко

Смотрите также: