Взаимодействие


Взаимодействие

Как показал В. Н. Мясищев, в своей деятельности человек переделывает окружающую природу, свою собственную природу и воздействует на другого человека, взаимодействуя с ним, пытаясь управлять им, сопротивляясь ему, иногда вступая с ним в конфликт.

Трудности, которые возникают в жизни, осознаются как непосредственно зависящие от людей. Из преодоления этих последних и возникают патогенные переживания, порождающие неврозы и другие психогенные заболевания.

Воля одного человека, противодействующая воле другого, воспринимается последним как злая, враждебная и вызывает сопротивление, протест, озлобление, противодействие.

Всякое препятствие вызывает у человека стремление преодолеть его.

Препятствие как противодействие другого человека вызывает напряжение, связанное с представлением о том, что человек противодействует по своей воле, мог бы не противодействовать, не требовать или не заставлять. Против этой противодействующей, принуждающей воли направляется неудовольствие, сопротивление, напряжение и гнев человека.

Но ни гнева, ни сопротивления при взаимодействии человека с человеком может и не быть, наоборот, возможно послушное, благодарное исполнение требований. Это положение столь же решающее, сколь и банальное для всех, кому приходилось руководить взрослыми или малолетними детьми.

Положительный результат взаимодействия зависит от любви, привязанности, уважения, с которым относится один человек к другому. Взаимоотношения людей вырастают из взаимодействия, а взаимодействия определяются взаимоотношениями. И то, и другое материально и идейно обусловлено. История развития человека — это прежде всего история взаимоотношения и взаимодействия людей.

В этой истории в связи с задачами понимания природы болезненного состояния нужно учитывать исторически обусловленное состояние общества, в котором развивался больной, историю семьи, в которой он рос, динамику ее материальной и идейной характеристики, положение в обществе, вне и внутрисемейные отношения, историю развития и становления личности, историю деятельности и ее личностные переживания, формирования отношения к окружающим и взаимоотношений с ними, историю развития организма и особенно историю того заболевания, с которым больной обратился за психотерапевтической помощью.

Ю. А. Александровский (1976) отмечает, что трудность диагностики невротических, психопатических и сходных с ними состояний требует углубленных разработок не только клинических, но и психологических, нейрофизиологических, социологических и некоторых других проблем.

В настоящее время создалось такое положение, когда частные вопросы патологии психической деятельности, выражающейся в пограничных формах нервно-психических расстройств, достаточно интенсивно изучаются, в то время как обобщение накапливаемых в этой области фактов наталкивается на ряд трудностей, мешающих их обобщению.

К числу этих трудностей относятся:

  • невозможность объяснить возникновение неврозов и сходных с ними расстройств только биологическими или же только социально-психологическими причинами, взятыми в отдельности;
  • сложность и многообразие переплетений причинно-следственных отношений, играющих как непосредственную, так и «подготовительную», лишь относительно значимую роль в возникновении состояний психической дезадаптации;
  • отсутствие достаточно надежных объективных критериев разграничения пограничных форм нервно-психических расстройств, с одной стороны, с психическим здоровьем, а с другой — с выраженными психотическими и психопатологическими проявлениями;
  • сложность выявления, описания и понимания различий в этиологии, патогенезе, патофизиологических механизмах и, наконец, в клиническом выражении различных форм и вариантов пограничных нервно-психических расстройств.

Можно сказать, что понимание современной психологией и психиатрией состояний психической адаптации и дезадаптации, сопровождающихся невротическими и сходными с ними состояниями, основывается скорее на эмпирическом описании, чем на теоретически обоснованной базе.

Это в известной мере является отражением кризиса роста, характерного, по мнению А. В. Снежневского (1975), для развития современной клинической психиатрии, использующей функциональный метод исследования, оторванный от изучения «материального субстрата болезни».

«Основные методологические проблемы теории медицины»,
В.П.Петленко

Смотрите также: